Как жили на Урале в годы войны немцы-трудармейцы

28 августа — особый день для российских немцев. К этой дате немецкое молодежное объединение запускает акцию #ИсторияСемьиРН. Работы принимают в номинациях «История моей семьи», «Семейная реликвия», «Фольклор моего народа», «Прямая речь» и «Будущее российских немцев».

Как жили на Урале в годы войны немцы-трудармейцы

Напомним, 28 августа 1941 года Президиум Верховного Совета СССР выпустил указ «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья». 70 тысяч человек подлежали депортации в Красноярский край, на Алтай — 91 тысяча, в Омскую область — 80, Новосибирскую — 92, Казахстан — 100 тысяч. С собой разрешали взять только личные вещи, сельхозинвентарь и продукты.

Не успели обустроиться на новом месте — призыв в трудармию на Урал: в Тагиллаг (Нижний Тагил), Бакаллаг (Челябинск) и Богословлаг (Краснотурьинск). Только через Тагиллаг в годы войны прошло 3,6 тысячи советских немцев, а всего за 11 лет его существования — 6,5 тысячи. Парадоксально, но город от этого даже выиграл: получил мощный толчок в культурном и научном развитии.

В списках не значатся

Первые эшелоны с немцами на станцию Смычка прибыли 17 февраля 1942 года. Около 3000 человек разбили на две части. Отряд 18-74 под конвоем отвели на кирпичный завод, отряд 18-75 — на лесозаготовки в 20 километрах от города.

— По воспоминаниям местных жителей, за зиму почти никого на рубке леса не осталось. К сожалению, восстановить все имена нереально, поскольку в учетных карточках редко указывалось название подразделения, — поясняет доктор исторических наук Виктор Кириллов.

В состав Тагиллага входило 18 подразделений, 103 барака и 57 землянок. Смотрю на карту и понимаю, что сегодня это фактически черта города: бараки стояли рядом с обычными жилыми домами, трудармейцы работали на металлургическом и коксохимическом комбинате, вагонзаводе, кирпичном заводе. Подъем в пять утра, отбой — за час до полуночи.

Малая академия

Совсем недавно историку попали в руки 74 письма Армина Стромберга, создателя Томской электрохимической школы. В Тагиллаг его отправили прямиком из научного центра Свердловска.

— Удивительно, но там ни слова о смерти! Наоборот, успокаивает жену, волнуется о здоровье маленькой дочери. «В какой-то момент меня хотели списать, но я играл в джазовом оркестре, и это меня выручало». Представляете, он пишет эти слова зимой 1942-1943 года, которая выдалась очень голодной для всего Нижнего Тагила, — возвращает нас на 77 лет назад Виктор Кириллов. — 11 километров до Вагонки засадили огородами, однако продовольствия все равно не хватало. В этом смысле в лагере ситуация складывалась чуть получше, но все равно за зиму умерло более 20 тысяч заключенных. Стромберг похудел до 40 килограммов.

В соседях у него оказался весь цвет науки. Чтобы отвлечься от разговоров о еде, ученые создали «малую академию» и постоянно обменивались информацией, продолжали исследования. Так, конструктор Борис Раушенбах прямо на барачном столе создавал чертежи ракет. Врач-терапевт Вольдемар Рунг открыл лечебные сапропелевые грязи под Тагилом и подсказал товарищам, что их можно употреблять, как паштет, намазывая на хлеб тонким слоем. Профессор-археолог Отто Бадер получил разрешение на археологические раскопки.

В апреле 1946 года трудармию ликвидировали, а немцев перевели на спецпоселение. После снятия всех ограничений на передвижение значительная часть трудармейцев осталась в Тагиле, положив начало целым династиям педагогов, докторов и инженеров. К примеру, инженер-химик Пауль Рикерт преподавал языки, химию и физику в местном пединституте, хирург Теодор Грасмик руководил отделением больницы, а историк Иван Кроневальд стал известным лектором-международником.

Память поколений

Бывшие бараки давно перестроили в жилые дома, не сохранился и карцер, прозванный «часовня Тамара». А вот глиняные карьеры, где трудились трудармейцы, не заросли и по сей день. Кирпичный завод тоже пыхтит на старом месте.

Проезжаем неприметный дом. На втором этаже прямо над вывеской магазина расположен муниципальный архив социально-правовых документов, где хранятся личные дела сотрудников Тагилстроя, в том числе трудармейцев. Парадное здание треста стоит на улице Ленина. Историки хотели бы повесить на нем памятную табличку, но собственник не согласился. Впрочем, от своего прошлого предприятие не открещивается: в 2005 году в память о бойцах Тагиллага оно возвело 20-метровый храм Алексия, человека Божия.

Финальная точка — первый в СССР мемориал немцам-трудармейцам. Поставили его по инициативе Ивана Брауна, председателя городского общества «Видергебурт», а высек скульптуру из камня МУП Горкомхоз под руководством Юрия Арльта. На граните — склонившийся мужской силуэт, справа — строгий лютеранско-католический крест.

Идут тагильчане проведать своих близких — всегда оставляют цветы. Так город благодарит трудармейцев, вложивших в него много сил и души.

P. S.

Согласно переписи населения 2010 года, в России проживало 390 тысяч человек, считающих себя немцами. Из них почти 15 тысяч — в Свердловской области, в Тюменской — 20,7 тысячи, Челябинской — 18,6.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here